Один против детского сада
Разгулу моих зависимостей способствовал мой своенравный характер. Я очень упёртая, хоть по гороскопу и не Овен, и не Козерог. Папа очень часто вспоминал случай в садике, куда он пришёл меня забирать. У воспитательницы было правило, что надо отпрашиваться домой. Ну что-то типа: «Елена Ивановна, а можно пойти домой?» И она такая — отпускает.
В моей 4-летней голове это не укладывалось никак. Как будто она может не отпустить, подумала я. И надулась, как мышь на крупу. И не произнесла больше ни слова. Я не плакала, просто стояла и молчала. До 19:00, пока не закрылся садик и ей всё-таки пришлось отпустить меня домой. Папа пытался меня уговорить, но это не возымело эффекта. И в 19:00, удовлетворённая результатом, я взяла папу за руку, и мы пошли домой. Тогда-то и появился паттерн поведения: стой на своём, во что бы то ни стало, и получишь желаемое.
Как я ушла из дома
В целом я не так часто применяла эту свою сторону в отношениях с родными — меня воспитывали всё-таки в глубоком уважении к старшим. Но настало время, когда я это сделала по полной. Мне исполнилось 20 лет, я очень хотела свинтить от родителей, но у меня не было на это денег. А свинтить я хотела, чтобы делать что хочу, а не то, что надо. Родители были против, но...
Я подкопила денег — как раз у меня прошёл день рождения и мне подарили некую сумму. Я нашла комнату в соседнем районе, в довольно приличной общаге, сняла её и ушла. Да, вот так, категорично, просто ушла. Для родителей это был удар. Само собой, они быстро меня нашли и просто удостоверились, что со мной всё в порядке — пообщаться и всё испортить они тогда побоялись. Мама действовала через моего одногруппника и друга Серёгу, передавала мне еду и деньги... А я... Я воротила нос, и до сих пор мне самой от себя мерзко в тот момент.
Потом мама написала мне письмо, в котором указала, что хочет со мной встретиться, и что не обязательно снимать какие-то ужасные комнаты — можно же жить в своей квартире. Тогда родители сдавали двушку, которую несколько лет назад купили для меня.
Мы встретились, поплакали. Мама тогда пришла с братом, он тоже плакал. Договорились, что выселяем квартирантов и я переезжаю. Всё сделали за две недели. Я сама делала мелкий ремонт, папа обустраивал мне комнаты и кухню, мама быстренько сшила шторы. Начался новый этап моей жизни. Самостоятельной жизни. Я снова добилась своего, не мытьём, так катаньем. Но главное для меня был результат. Я живу одна, без нравоучений и криков.
Теперь скрывать мои зависимости стало легче — ведь родители не видели меня каждый день. Конечно же, это привело к ухудшению и прогрессированию их всех. То периодами, то все вместе и жёстко.