Булимия меня сопровождала довольно долго. В какой-то момент я даже с ней немного «подружилась» — проще говоря, научилась управлять и контролировать срывы. Сейчас я вспоминаю этот период как сущий ад.
Раньше я рассказала, как срывы происходили по четвергам: затем я день голодала и приходила в себя, а на следующий день снова соблюдала жёсткую диету. Это помогало какое-то время держать вес, но недолго. Впоследствии срывы стали более продолжительными, по несколько дней, я тяжелее их переживала. В принципе, этот механизм работает при любой зависимости — я тогда об этом ничего не знала, психиатрию мы начали изучать много позже.
Я стала набирать вес. Юбочки снова не налазили, щёки и заплывшие глаза вернулись, двойной подбородок захватил с собой друга и стал тройным. Никто не понимал, что со мной происходит: неделю назад была худышка, теперь снова толстушка. Вопреки всем законам физиологии, я с лёгкостью набирала в своих зажорах по 10 кг за пару дней. И, поскольку мечта быть стройной меня не отпускала, булимия неизбежно перешла в следующую стадию. Булимия с очищением.
Как это случилось
Это произошло в один момент. Я сильно переела и попила много воды. И желудок не выдержал — у меня началась рвота. Я еле добежала до туалета и долго не могла оттуда выйти: еда выходила и выходила из меня. Когда мне показалось, что всё закончилось, я снова попила воды и снова побежала в туалет с рвотными позывами. Вышли остатки пищи. Я умылась и... почувствовала невероятную лёгкость. Мозг тут же уловил связь: ешь сколько хочешь, пьёшь воду, вызываешь рвоту, чувствуешь лёгкость.
Отпала надобность в подсчёте калорий. Конечно, это происходило не всегда: утром был вполне нормальный завтрак, в институте я держалась, дома мог быть и нормальный обед, а могло быть всё с другим сценарием. Но меня это уже не парило — особенно с учётом того, что я снова начала стремительно стройнеть.
Ужин, после которого я перестала есть с людьми
А потом... случилась встреча с одногруппниками у одной из девочек дома. Изюминкой встречи было то, что каждый от себя должен принести коронное блюдо — в идеале мы все сидим за столом, пробуем, делимся рецептами... На деле у меня сорвало крышу, и я начала пробовать всё. Конечно, при одногруппниках я держала себя в руках, и всё равно съедено было очень много.
Я с ужасом подсчитала в голове калории — и что они все усвоились, в своих мыслях я уже проснулась снова с лишним весом. Меня бросило в жар, потом в холодный пот. Я удалилась в туалет, чтобы вызвать рвоту. Но люди, страдающие РПП, прекрасно знают: когда за стенкой есть кто-то, кто может это услышать, рефлекторно глотка как будто сжимается, и ничего не получается. Вот и у меня не получилось.
Поскольку нельзя было терять ни минуты, я пулей вылетела из туалета, что-то наплела ребятам — типа надо срочно ехать, вызвала такси и умотала домой. Дома я прочистила желудок и только тогда успокоилась. С тех пор я избегала вообще употреблять еду с кем-то и вне дома. Появилась боязнь снова где-то поесть и не смочь избавиться от еды.
На самом деле, страшная история. Пишу сейчас — и дрожь пробивает, видно, мозг ловит флешбэки из прошлого.
Я сильно похудела, вид уже был довольно болезненный, но до сильной патологической худобы я не доходила. Мой минимум по весу был 47 кг. Проявления анорексии тоже были, они перемежались с эпизодами булимии — и эти два товарища сопровождали меня довольно длительное время, иногда, тем не менее, оставляя меня в покое: в моменты, когда я в очередной раз бралась за себя, мне удавалось довольно долго идти к цели, я была без обострений.
Если ты сейчас читаешь это и узнаёшь себя — не обязательно проходить весь этот путь в одиночку, как проходила его я. Можно написать мне, и мы разберёмся вместе: @LeraMamilova.
В целом эти жуткие качели продолжались в моей жизни с 21 до 32 лет, периодами. Я до сих пор не сказала о ещё одной своей зависимости — алкогольной. С ней я боролась тоже очень долго, она обострялась совместно с первыми двумя, и обычно они одолевали меня втроём, следуя аккурат друг за другом: выпила алкоголь, через пару дней сметала всё, что есть в холодильнике, потом с чувством вины голодала, снова глушила алкоголем — и снова влетала в этот порочный круг.